Принципы гражданского процессуального права, их система, содержание и реализация в судебной практике

Принципы гражданского процессуального права, их система, содержание и реализация в судебной практике

 

Потапенко С.В., декан юридического                 

факультета, заведующий  

кафедрой гражданского  процесса

и международного права   ФГБОУ                                                                   

ВО    «Кубанский  государственный

университет,  доктор юридических                                                                                                                                          

наук, профессор, заслуженный                                                                 

юрист РФ, почетный работник                                                                                  

судебной  системы

 

Тезисы лекции по дисциплине «Гражданский процесс», юридический факультет КубГУ, 2020-2021 учебный год

ВОПРОСЫ:

1.              Понятие принципов гражданского процессуального права.

2.               Система принципов гражданского процессуального права и их классификация.

3.               Проблемы определения содержания и реализации отдельных актуальных принципов: независимость судей, открытость и гласность судопроизводства, диспозитивность.

 

1.    Понятие принципов гражданского процессуального права

 В отличие от Кодекса административного судопроизводства РФ (ст. 6) в ГПК РФ нет главы или даже специальной статьи о принципах гражданского процессуального права, поэтому важное значение имеет их доктринальное определение.  Этот термин имеет латинское происхождение и в переводе означает "основа", "первоначало". В силу этого многие исследователи определяют принципы права как основополагающие начала, ключевые идеи права, выражающие его сущность как специфического социального регулятора,  исходя из которых право функционирует как единый социальный организм[1].

При анализе принципов гражданского и административного судопроизводства мы исходим из определения С.С. Алексеева, указывавшего что принципы – это «руководящие идеи, характеризующие содержание права, его сущность и назначение в обществе. С одной стороны, они выражают закономерности права, а с другой - представляют собой наиболее общие нормы, которые действуют во всей сфере правового регулирования и распространяются на всех субъектов. Эти нормы либо прямо сформулированы в законе, либо выводятся из общего смысла законов»[2].

          Принципы, как пишет Треушников М.К., есть основания системы норм гражданского процессуального права, центральные понятия, стержневые начала всей совокупности процессуальных законов[3].

Ершов В.В. и Е.А. Ершова Е.А. полагают, что основополагающие принципы международного и внутригосударственного гражданского процессуального права – это самостоятельные фундаментальные его внешние формы, определяющие сущность и универсальный характер, обеспечивающие сбалансированное состояние, внутреннее единство, взаимосвязь и целостность процессуального права; непротиворечивость, ожидаемость и предсказуемость гражданского процессуального, правотворческих и правоприменительных процессов.[4]

Шамшурин Л.Л. принципы процессуального права определяет как нормативно установленные основополагающие правовые идеи, отражающие социальные изменения, которые происходят в обществе в данный период развития, его потребности, взгляды законодателя в соответствующий исторический период на характер и содержание гражданского судопроизводства. Принципы, являясь судебным механизмом защиты субъективных прав, определяют построение процесса, его природу, основное содержание, характер толкования и применения норм, логическое единство всех элементов права, а в итоге стабильность гражданского (арбитражного) процессуального права в целом[5].

По мнению В.В Яркова, принципы гражданского процессуального права – это правовые основы, выражающие сущность и единство соответствующей отрасли права[6].

Грибанов В.П. обращал внимание на то, что регулирующая функция правового принципа заключается, в отличие от аналогичной функции нормы права, не только в определении поведения участников правоотношений, но и в определении основного содержания, характера толкования и применения норм данной системы, отрасли или института права[7].

Наиболее последовательно идею о нормативном закреплении как обязательном признаке любого принципа отстаивала Н.А. Чечина, ставя его "во главу угла". Она утверждала, что "правовой принцип как руководящая идея отличается от научных и философских принципов тем, что всегда и непременно находит свое конкретное выражение в норме или нормах права, т.е., говоря иными словами, идея находит в нормах закрепление, правовую защиту, обеспеченную силой государственной власти. Более того, о принципе права можно говорить лишь постольку, поскольку он, как руководящая идея, получил нормативное закрепление: идея, не зафиксированная нормой права, не может стать правовым принципом"[8].

На нормативность, как необходимый признак правовых принципов указывал М.А. Гурвич, который писал, что принципы – это основные правила, закреплённые нормами гражданского процессуального права[9].  

В.В. Молчанов считает, что «принципы гражданского процессуального права – это основополагающие положения, выраженные в нормах права, определяющие начала организации и деятельности суда по рассмотрению и разрешению дел в порядке гражданского судопроизводства»[10].

В научном мире существует и иной подход к принципам права, в соответствии с которым правовые принципы выражают идеи правосознания, правовой науки, носят исключительно доктринальный характер, не входят в содержание действующего права и свойствами нормативности не обладают[11].

Мы разделяем мнение М.Н. Марченко о том, что принципы права не всегда лежат на поверхности, они или же закрепляются прямо в законодательных актах, или же вытекают из содержания конкретных правовых норм[12].

С помощью системы принципов возможно устранение пробелов в

гражданском судопроизводстве путем применения аналогии права. Так, в силу п. 4 ст. 1 ГПК РФ в случае отсутствия нормы процессуального права, регулирующей отношения, возникающие в ходе гражданского судопроизводства, федеральные суды общей юрисдикции и мировые судьи применяют норму, регулирующую сходные отношения (аналогия закона), а при отсутствии такой нормы действуют исходя из принципов осуществления правосудия в Российской Федерации (аналогия права).

 

2.    Система принципов гражданского процессуального права и их классификация

Прежде чем определиться с системой и классификацией принципов гражданского процессуального права назовем основные из них: законности, осуществления правосудия только судом, независимости судей и подчинения их только Конституции РФ и федеральному закону, равенства всех перед законом и судом, состязательности, равноправия сторон, диспозитивности, гласности и устности судебного разбирательства, непосредственности в исследовании доказательств, непрерывности судебного разбирательства, сочетания единоличного и коллегиального рассмотрения гражданских дел, государственного языка судопроизводства.

Принято считать, что система принципов – это та основа, на которой строится вся соответствующая отрасль права. Система принципов для отрасли права имеет такое же значение как предмет и метод правого регулирования. В системе принципов гражданского процессуального права каждый из них  последовательно раскрывает содержание отрасли права в целом.

В конечном счете, система принципов гражданского процессуального права выполняет стабилизирующую роль в данной отрасли права, с одной стороны не позволяя ему утратить свою идентичность в условиях глобализации, с другой - способствуя его динамическому развитию за счет внешнего воздействия со стороны международных органов по защите прав человека, а также влияния процессов унификации и дифференциации норм гражданского процессуального права[13].

В литературе обоснованно отмечается, что система принципов процессуального права как взаимообусловленное и взаимосвязанное их единство определяет сущность гражданского процессуального права, предопределяет возможность реализации права граждан на судебную защиту, её доступность, а также позволяет выявить основные черты процессуальной формы[14].

Вполне справедлив также вывод о том, что система принципов процессуального права как взаимодействующее и взаимосвязанное единство определяет всю сущность гражданского процессуального права, предопределяет возможность воплощения прав граждан на судебную защиту, её доступность, а также позволяет выявить основные черты процессуальной формы[15].

В юридической литературе, посвященной гражданским процессуальным принципам, особое место занимает их классификация. Если общепринятым является деление принципов права на общеправовые, межотраслевые и отраслевые, то касательно принципов гражданского процессуального права  единства взглядов не наблюдается.

Представители первой правовой позиции исходят из такого критерия, как источник нормативного регулирования (юридическая сила источника), в соответствии с которым все принципы делятся на две группы: конституционные и отраслевые[16]. Такой подход нами разделяется, поскольку он позволяет суду и другим участникам гражданского процесса оценивать применение принципов в зависимости от их юридической силы.

Считаем необходимым далее обозначить конституционные принципы гражданского процессуального права. Соответственно вышеназванные принципы, не отнесенные к конституционным, являются отраслевыми, закрепленными в гражданском процессуальном законодательстве или вытекающими из него и иных норм права.

Первым конституционным принципом всегда называют принцип законности (п. 2 ст. 15 Конституции РФ), имеющий универсальный характер, поскольку он обязывает органы государственной власти, включая  суд в гражданском судопроизводстве,  соблюдать Конституции Российской Федерации и законы.  

Принцип равенства граждан и организаций перед законом и судом получил свое закрепление в ст. 19 Конституции РФ.

Большинство конституционных  принципов гражданского процессуального права сосредоточенны в главе 7 Конституции РФ «Судебная власть». Эта глава открывается ст. 118, установившей, что «правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом», что является конституционным принципом гражданского процессуального права  осуществления правосудия только судом.

Далее следует принцип независимости судей и подчинения их только Конституции РФ и федеральному закону (ст. 120 Конституции РФ), принцип открытости и гласности судебного разбирательства (п. 1 ст. 123 Конституции РФ), принцип состязательности и равноправия сторон (п. 3 ст. 123 Конституции РФ).

Представители второй правовой позиции в качестве критерия классификации принципов рассматривают объект или предмет правового регулирования. В рамках данного направления принципы гражданского процессуального права подразделяются на организационные и функциональные или общие принципы и принципы, регулирующие непосредственно отдельные стороны процессуальной деятельности[17].

Нам представляется более точным принципы гражданского процессуального права по объекту правового регулирования  разделить на две

большие группы: судоустройственные, т.е. определяющие устройство судов, и судопроизводственные, определяющие только процессуальную деятельность суда и других участников гражданского процесса[18].

К организационным (судоустройственным) принципам, регулирующим в основном организационные предпосылки гражданского судопроизводства, а не саму его процедуру, относятся:

- Законность (ст. 1, 11 ГПК РФ);

- Осуществление правосудия только судом (ч. 1 ст. 118 Конституции РФ, ст. 5 ГПК РФ);

 - Равенство граждан и организаций перед законом и судом (ст. 19 Конституции РФ и ст. 6 ГПК РФ);

- Независимость судей (п. 1 ст. 120 Конституции РФ, ст. 8 ГПК РФ);

- Государственный язык судопроизводства (ст. 9 ГПК РФ);

- открытость и гласность гражданского судопроизводства (ст. 10 ГПК РФ).

К функциональным принципам относятся:

- Сочетание единоличного и коллегиального рассмотрения гражданских дел в судах (ст. 7 ГПК РФ);

- Диспозитивность (ст. 4, 39 ГПК РФ);

- Равноправие и состязательность сторон (п. 3 ст. 123 Конституции РФ, ст. 12 ГПК РФ);

- Непосредственность судебного разбирательства (ч. 1 ст. 157 ГПК РФ);

- Устность судебного разбирательства (ч. 2 ст. 157 ГПК РФ).

Представители третьей правовой позиции считают  основанием классификации  распространение принципов гражданского процессуального права на определенные области правоотношений (сферы действия) или системность позитивного права. В рамках данного основания, как правило, принято выделять общеправовые, межотраслевые и отраслевые принципы гражданского процессуального права и даже принципы отдельных стадий гражданского процесса и институтов гражданского процессуального права[19].

3.    Проблемы определения содержания и реализации отдельных актуальных принципов: независимость судей, открытость и гласность судопроизводства, диспозитивность

 3.1 Независимость судей является важнейшим конституционным принципом российского правосудия (ч. 1 ст. 120 Конституции). В гражданском судопроизводстве она служит гарантией объективности и беспристрастности суда при выполнении им обязанностей по созданию в состязательном процессе необходимых условий для установления действительных обстоятельств дела, по вынесению законного и обоснованного решения.

Принцип независимости судей относится к  организационным (судоустройственным) принципам, регулирующим, как уже отмечалось,  в основном организационные предпосылки гражданского судопроизводства, а не саму его процедуру.

Принцип независимости судей  (ч. 1 ст. 120 Конституции РФ, ст. 8 ГПК РФ) тесно связан с разделением государственной власти в Российской Федерации на законодательную, исполнительную и судебную, с самостоятельностью судов при осуществлении судебной власти (ст. 10 Конституции РФ). Однако самостоятельность всех ветвей государственной власти не противоречит необходимости их согласованного функционирования и взаимодействия, в частности, при обеспечении прав и свобод человека и гражданина, как это предусмотрено ст. 2 и 18 Конституции. При осуществлении правосудия судьи не могут полагаться лишь на свое усмотрение, а должны действовать в соответствии с выявленной ими волей законодателя, которая находит выражение в законах и подзаконных нормативных актах.

Всякое вмешательство в деятельность судей по осуществлению правосудия преследуется по закону вплоть до привлечения виновных лиц к уголовной ответственности (ст. 294—298 УК РФ).

Согласно ст. 8 ГПК РФ при осуществлении правосудия судьи независимы и подчиняются только Конституции и федеральному закону. Судьи рассматривают и разрешают гражданские дела в условиях, исключающих постороннее на них воздействие. Любое вмешательство в деятельность судей по осуществлению правосудия запрещается и влечет за собой установленную законом ответственность.

Раскрывая содержание положения о недопустимости вмешательства в судебную деятельность, п. 2 ст. 10 Закона РФ от 26 июня 1992 г. № 3132-1 «О статусе судей в Российской Федерации»[20] формулирует правило о том, что судья не обязан давать каких-либо объяснений по существу рассмотренных или находящихся в производстве дел, а также представлять их кому бы то ни было для ознакомления, иначе как в случаях и порядке, предусмотренных процессуальным законом.

Конституционными гарантиями независимости судей являются:

- их несменяемость;

- наличие особого порядка прекращения или приостановления полномочий судьи;

- неприкосновенность судьи;

- особый порядок назначения судей на должность (ст. ст. 121, 122, 128 Конституции РФ).

Среди организационно-правовых гарантий особое значение имеет назначаемость судей, их несменяемость, неприкосновенность, право на отставку, особый порядок приостановления и прекращения полномочий судьи (ст.ст. 121, 122 Конституции РФ, ст. 9 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации»).

Для независимости судей особо важно то, что судья не обязан давать каких-либо объяснений по существу рассмотренных или находящихся в производстве дел кому бы то ни было для ознакомления иначе, как в случаях и в порядке, предусмотренных процессуальным законом.

Средства массовой информации не вправе предрешать в своих сообщениях результаты рассмотрения и разрешения конкретного спора до принятия судом решения.

В силу ч.ч. 3–4 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей в Российской Федерации») судья не может быть привлечен к какой-либо ответственности за выраженное им при осуществлении правосудия мнение и принятое решение, если вступившим в законную силу приговором суда не будет установлена его виновность в преступном злоупотреблении.

Как обоснованно отмечает Г.Т. Ермошин, независимость судьи – это совокупность степеней свободы, ограничений и преференций судьи – носителя судебной власти, представляющая собой способность (положение, состояние) личности осуществлять беспристрастное и профессиональное правосудие независимо от любых попыток воздействия на нее со стороны участников судебного процесса, представителей других ветвей государственной власти, политических, экономических, криминальных кругов, подчиняясь только Конституции Российской Федерации и федеральному закону.[21]

Представляется правильным вывод о том, что конституционно закрепленный принцип независимости судей служит обеспечению судами законности, объективному и беспристрастному выполнению задач правосудия[22].

 

3.2 Принцип открытости и гласности судебного разбирательства

Принцип открытости и гласности судебного разбирательства напрямую связан с информированием общественности о деятельности судов и органов судейского сообщества, формированием позитивного общественного мнения о судебной системе, повышением уровня доверия населения к судебной власти. 

К тому же от освещения деятельности судов зависят предупреждение коррупционных проявлений, формирование доверия к российской судебной системе, прозрачность, публичность и гласность правосудия[23].

Правда, нельзя не отметить, что в ряде случаев  показатель уровня доверия к судам обусловлен наличием у россиян стереотипов о суде и судьях, вызванных отсутствием достоверной информации, а иногда и фактической дезинформацией о положении дел в судах со стороны отдельных недобросовестных представителей СМИ. Очевидны и определенные недоработки со стороны самих работников судебной системы, порой недооценивающих значение открытости и гласности судопроизводства для повышения уровня доверия общества к судебной власти.

Доверие общества  к судебной власти - важнейший индикатор независимого и справедливого правосудия. В формировании доверия к суду важная роль принадлежит открытости и   гласности  судопроизводства. Такой подход согласуется с международными рекомендациями в сфере правосудия[24]. В частности,  Бангалорские принципы поведения судей, одобренные Резолюцией Экономического и Социального Совета ООН от 27 июля 2006 г. № 2006/23 «Укрепление основных принципов поведения судей», определяя роль суда, подчеркивают, что «доверие общества к судебной власти, а также к авторитету судебной системы в вопросах морали, честности и неподкупности судебных органов играет первостепенную роль в современном демократическом обществе"[25].

5 декабря 2019 года Советом судей РФ одобрена Концепция информационной политики судебной системы на 2020-2030 годы[26] (далее – Концепция). В этом документе российского судейского сообщества нашло отражение его современное видение открытости и гласности судебной деятельности, основанное на конституционных нормах, федеральных законах о СМИ[27], об информации[28], об обеспечении доступа к информации о деятельности судов[29],  процессуальных кодексах в части, касающейся вопросов информационных прав, открытости и гласности судопроизводства, постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации по вопросам открытости и гласности судопроизводства и доступа к информации о деятельности судов[30].

Принцип гласности судопроизводства[31] закреплен в ст. 10 ГПК РФ.

В современной юридической литературе имеется существенный разброс мнений, касающихся понятий открытости, гласности, прозрачности, транспарентности, публичности судопроизводства. Так, например, термин "открытость", по мнению А.К. Горбуза, в большей степени применим к судебному решению, с одной стороны, и деятельности суда в качестве государственного органа - с другой, а понятие "гласность" относится к судебному процессу[32].

 В.И. Анишина отмечает, что в современном понимании содержание принципа транспарентности многогранно и все термины, используемые в названии данного принципа ("гласность", "открытость", "транспарентность"), весьма близки по значению, но не идентичны, и каждый из них связан с определенной стороной в организации или деятельности судебной власти[33].

Е.Г. Фоменко гласность рассматривается как составляющая публичности, транспарентность — как наиболее широкое понятие, включающее в себя и публичность, и гласность[34].

В нашем понимании, гласность судопроизводства – это конституционный принцип судопроизводства. «Разбирательство дел во всех судах, - говорится в ч. 1 ст. 123 Конституции РФ, - открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом». На основе этого принципа в процессуальных кодексах регламентируются основания и порядок принятия решения о проведении закрытого судебного слушания. Исходя из этого, принцип гласности характеризует само судопроизводство, способ рассмотрения, слушания дела. Хотя с учетом того, что в теории гражданского процессуального права принцип гласности традиционно принято относить к организационно-функциональным принципам, т.е. определяющих устройство судов и процесс одновременно, принцип гласности можно назвать процессуально-судоустройственным.

Как справедливо отмечал К.Ф. Гуценко, «суть данного принципа состоит в стремлении дать возможность всем гражданам, не являющимся участниками процесса по тому или иному судебному делу, присутствовать при его разбирательстве. Это, по идее, должно способствовать демократизму правосудия; предоставляемая гражданам возможность находиться в помещении, где происходит разбирательство судебного дела, является своеобразной формой народного контроля за правосудием, дисциплинирует суд, вынуждает его более ответственно относиться к решению возникающих вопросов как по существу, так и по форме, проявлять заботу о том, чтобы все происходящее в суде было максимально убедительным, обоснованным»[35].

Еще в 1876 г. известный российский цивилист Кронид Иванович  Малышев писал, что в зависимости от лиц, которые могут быть ознакомлены с деятельностью суда, различают гласность для сторон и других лиц, участвующих  деле, - гласность в узком смысле слова и гласность для народа или публичность[36].

Как нам представляется, в  отличие от гласности в ее процессуальном понимании («гласность в узком смысле слова»), открытость судопроизводства – это и есть «гласность для народа», прежде всего обеспечение доступа к информации о деятельности судов, что вполне закономерно «рассматривается в контексте становления информационного общества и открытости органов государственной власти»[37], проявляется в глобальной  информационной  открытости,  создании  и  функционировании информационного  пространства  судебной  системы  в  виде  сети  Интернет-сайтов  судов.

С учетом определенной синомичности вышеприведенных понятий открытости, гласности, прозрачности, транспарентности, публичности судопроизводства, на наш взгляд, заслуживает внимания мнение о том, чтобы для простоты и удобства отказаться от некоторых из них и свести к минимуму. Л.С. Аносова предложила использовать два термина: гласность - применительно к судебному разбирательству и открытость - в отношении деятельности суда как государственного органа. [38]

Именно такая итоговая  формула «открытость и гласность судопроизводства» воспринята Верховным Судом РФ. Гласность рассматривается как конституционный принцип судопроизводства, закрепленный во всех процессуальных кодексах, т.е. в процессуальном аспекте. А открытость – с позиции обеспечения доступа к информации о деятельности судов, что, в конечном счете, обеспечивает конституционное право каждого на доступ к информации (ч. 4 ст. 29 Конституции РФ),  приобретает особую актуальность в современных условиях  становления информационного общества и открытости органов государственной власти.

          Вопросам реализации судами принципа открытости и гласности судопроизводства посвящено постановление Пленума ВС РФ от 15 июня 2010 г. № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации “О средствах массовой информации”» (в ред. от 16 сентября 2010 г.)[39] (далее – постановление Пленума ВС № 16).          В его преамбуле отмечается, что открытость и гласность судопроизводства, своевременное, квалифицированное, объективное информирование общества о деятельности судов общей юрисдикции  способствуют повышению уровня правовой осведомленности о судоустройстве и судопроизводстве, являются гарантией справедливого судебного разбирательства, а также обеспечивают общественный контроль за функционированием судебной власти. Открытое судебное разбирательство является одним из средств поддержания доверия общества к суду.

Таким образом, Пленум Верховного Суда РФ рассматривает открытость и гласность судопроизводства в качестве одноуровневых понятий, обеспечивающих конституционное право каждого на доступ к информации. Социальное значение открытости и гласности в том, что они ставят работу суда под контроль общества, обеспечивают связь между судом и обществом.

Гарантией открытости и гласности судопроизводства является такая организация судебной власти, которая делает реальным доступ граждан и представителей СМИ во все суды. Как пишет Председатель Верховного Суда  РФ В. М. Лебедев: «Двери судебных заседаний открыты для каждого, и тот, кто желает увидеть, как вершится правосудие, имеет на это полное право»[40].

 Регламентирует порядок доступа граждан, организаций, общественных объединений, органов государственной власти и местного самоуправления к информации о деятельности судов Федеральный закон от 22 декабря 2008 г. № 262‑ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» (в ред. от 28 июня 2010 г.)[41](далее - Закон   № 262 – ФЗ), вступивший в силу с 1 июля 2010 г.  Этим Законом, в частности, установлены основные принципы и способы обеспечения доступа к информации о деятельности судов, а также определены формы предоставления такой информации. 

           Доступ к информации о деятельности судов может обеспечиваться следующими способами: присутствие в открытом судебном заседании; обнародование (опубликование) информации о деятельности судов в СМИ; размещение информации в сети Интернет; размещение информации в помещениях судов; ознакомление с информацией из архивных фондов; предоставление информации по запросу. При этом доступ к информации о деятельности судов ограничивается, если она отнесена к сведениям, составляющим государственную или иную охраняемую законом тайну. Доступ к информации обеспечивается судами, Судебным департаментом, органами Судебного департамента, органами судейского сообщества.

Кодекс судейской этики,  утвержденный на очередном VIII Всероссийском съезде судей в декабре 2012 г., в главе «Принципы и правила профессионального поведения судьи» содержит ст. 13 «Взаимодействие со средствами массовой информации», где, в частности, отмечается, что судья должен способствовать профессионально грамотному освещению в средствах массовой информации работы  суда и судей, так как это не только помогает формированию правосознания граждан и укреплению доверия к суду, повышению авторитета правосудия, но и содействует выполнению средствами массовой информации их важной общественной функции по информированию граждан  обо всех социально значимых событиях. 

Тем самым с помощью корпоративных этических норм судьи настраиваются на конструктивное взаимодействие со СМИ. Однако имеются также иные способы воздействия на судей, не считающихся с требованиями закона о гласности и открытости судопроизводства.

Так,  согласно п. 23 постановления Пленума ВС № 16 несоблюдение требований о гласности судопроизводства (статья 10 ГПК РФ, статья 24.3 КоАП РФ, статья 241 УПК РФ) в ходе судебного разбирательства свидетельствует о нарушении судом норм процессуального права и является основанием для отмены судебных постановлений, если такое нарушение соответственно привело или могло привести к принятию незаконного и (или) необоснованного решения, не позволило всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело об административном правонарушении либо привело или могло привести к постановлению незаконного, необоснованного и несправедливого приговора (пункт 4 части 1 и часть 3 статьи 330, статья 387 ГПК РФ, пункты 3, 4 части 1 статьи 30.7, пункты 3, 4 части 2 статьи 30.17 КоАП РФ, пункт 2 части 1 статьи 369, часть 1 статьи 381 УПК РФ). Так, проведение всего разбирательства дела в закрытом судебном заседании при отсутствии к тому оснований, предусмотренных частью 2 статьи 10 ГПК РФ, частью 1 статьи 24.3 КоАП РФ и частью 2 статьи 241 УПК РФ, является нарушением принципа гласности судопроизводства и влечет за собой отмену судебных постановлений в установленном законом порядке.

Таким образом, открытость и гласность судопроизводства – это не частное дело судей, а установленное законом направление государственной политики, которого судьи должны неукоснительно придерживаться.

Важное  значение имеет п. 13 постановления Пленума ВС № 16,  которым обращено внимание судов на то, что положения части 7 статьи 10 ГПК РФ, части 3 статьи 24.3 КоАП РФ, части 5 статьи 241 УПК РФ не предусматривают обязанность лиц, присутствующих в открытом судебном заседании и фиксирующих его ход в письменной форме и (или) с помощью средств аудиозаписи, уведомлять суд и получать у него разрешение на фиксацию хода судебного разбирательства в данных формах. К письменной форме фиксации хода судебного разбирательства относятся в том числе ведение непосредственно в информационно-телекоммуникационной сети Интернет (далее - сеть Интернет) текстовых записей, осуществляемых с помощью компьютерных и иных технических средств, а также зарисовки судебного процесса.

Таким образом, лица, присутствующие в открытом судебном заседании, имеют право не только делать заметки по ходу судебного заседания, но и в режиме реального времени публиковать их в текстовом режиме в социальных сетях и в электронных средствах массовой информации с использованием собственных технических средств. Такие публикации производятся без специального разрешения судьи - председательствующего в судебном заседании.

Вопросам реализации судами принципа открытости и гласности судопроизводства посвящено Постановление Пленума ВС РФ от 15 июня 2010 г. № 16 «О практике применения судами Закона Российской Федерации “О средствах массовой информации”» (в ред. от 16 сентября 2010 г.)[42] (далее – Постановление Пленума ВС № 16). В его преамбуле отмечается, что открытость и гласность судопроизводства, своевременное, квалифицированное, объективное информирование общества о деятельности судов общей юрисдикции способствуют повышению уровня правовой осведомленности о судоустройстве и судопроизводстве, служат гарантией справедливого судебного разбирательства, а также обеспечивают общественный контроль за функционированием судебной власти. Открытое судебное разбирательство является одним из средств поддержания доверия общества к суду.

Как видно, Пленум Верховного Суда РФ рассматривает открытость и гласность судопроизводства в качестве одноуровневых понятий, обеспечивающих конституционное право каждого на доступ к информации. Социальное значение открытости и гласности в том, что они ставят работу суда под контроль общества, обеспечивают связь между судом и обществом[43].

Гарантией открытости и гласности судопроизводства является такая организация судебной власти, которая делает реальным доступ граждан и представителей СМИ во все суды.  

Регламентирует порядок доступа граждан, организаций, общественных объединений, органов государственной власти и местного самоуправления к информации о деятельности судов Федеральный закон от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации»[44] (далее – Закон № 262-ФЗ), вступивший в силу с 1 июля 2010 г. Этим законом, в частности, установлены основные принципы и способы обеспечения доступа к информации о деятельности судов, а также

Доступ к информации о деятельности судов могут обеспечивать следующие способы: присутствие в открытом судебном заседании; обнародование (опубликование) информации о деятельности судов в СМИ; размещение информации в сети Интернет, в помещениях судов; ознакомление с информацией из архивных фондов; предоставление информации по запросу.

Важное значение имеет п. 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 16, которым обращено внимание судов на то, что положения ч. 7 ст. 10 ГПК РФ, ч. 3 ст. 24.3 КоАП РФ, ч. 5 ст. 241 УПК РФ не предусматривают обязанность лиц, присутствующих в открытом судебном заседании и фиксирующих его ход в письменной форме и (или) с помощью средств аудиозаписи, уведомлять суд и получать у него разрешение на фиксацию хода судебного разбирательства в данных формах. К письменной форме фиксации хода судебного разбирательства относятся также ведение непосредственно в информационно-телекоммуникационной сети Интернет текстовых записей, осуществляемых с помощью компьютерных и иных технических средств, а также зарисовки судебного процесса.

Таким образом, лица, присутствующие в открытом судебном заседании, имеют право не только делать заметки по ходу судебного заседания, но и в режиме реального времени публиковать их в текстовом режиме в социальных сетях и в электронных средствах массовой информации с использованием собственных технических средств. Такие публикации не требуют специального  разрешения судьи, председательствующего в судебном заседании.

В этом же пункте Пленум Верховного Суда РФ дополнительно разъяснил, что фотосъемка, видеозапись, киносъемка, а также трансляция по радио и (или) телевидению хода судебного разбирательства могут осуществляться исключительно с разрешения суда (ч. 7 ст. 10 ГПК РФ, ч. 3 ст. 24.3 КоАП РФ, ч. 5 ст. 241 УПК РФ). В таком же порядке допускается осуществление видеотрансляции хода судебного разбирательства в сети Интернет.

3.3 Принцип диспозитивности гражданского судопроизводства

В переводе с латинского диспозитивность означает «располагаю». Принцип диспозитивности — это возможность лиц, участвующих в деле, свободно располагать, распоряжаться предоставленными им законом процессуальными правами.

По определению А.Г. Плешанова, "диспозитивность рельефно отражает свободу субъективно заинтересованного лица самостоятельно определять формы и способы защиты нарушенного права или охраняемого законом интереса"[45].

Реализация данного принципа определяет движение гражданского процесса[46]. Так, например, истец вправе предъявить иск или воздержаться от этого, изменить предмет или основание требования, отказаться от иска, согласиться на заключение мирового соглашения.

Принцип диспозитивности находит развитие в многочисленных нормах как процессуального, так и материального права.

Содержание принципа диспозитивности заложено в ст. 9 ГК, согласно которой граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им права. Включение этого положения в ГК (оно заимствовано из ст. 5 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик) повлекло внесение в 1995 г. значительных изменений в ГПК РСФСР 1964 г., касающихся возможности распоряжения сторонами своими правами (на отказ от иска, признание иска, заключение мирового соглашения, признание фактов и др.).

По общему правилу, возникновение гражданского процесса (возбуждение гражданского дела) возможно только по заявлению заинтересованного лица, т.е. лица, обратившегося в суд за защитой своих прав, свобод и законных интересов (ч. 1 ст. 3, ч. 1 ст. 4 ГПК).

В п. 5 постановления Пленума ВС РФ от 19 декабря 2003 г. № 23 «О судебном решении»[47] отмечено, что согласно ч. 3 ст. 196 ГПК суд принимает решение только по заявленным истцом требованиям.

Выйти за пределы заявленных требований (разрешить требование, которое не заявлено, удовлетворить требование истца в большем размере, чем оно было заявлено) суд имеет право лишь в случаях, прямо предусмотренных федеральными законами.

Например, суд вправе выйти за пределы заявленных требований и по своей инициативе на основании п. 2 ст. 166 ГК применить последствия недействительности ничтожной сделки (к ничтожным сделкам относятся сделки, о которых говорится в ст. 168—172 ГК).

Заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с ч. 2 ст. 56 ГПК.

При этом следует иметь в виду, что при рассмотрении и разрешении дел, возникших из публичных правоотношений, суд не связан основаниями и доводами заявленных требований, т.е. обстоятельствами, на которых заявитель основывает свои требования (ч. 3 ст. 246 ГПК).

С правом заинтересованного лица решать по своему усмотрению вопрос о возбуждении гражданского дела тесно связаны некоторые другие его полномочия, основанные на принципе диспозитивности. Так, только истцу принадлежит право определить: ответчика (лицо, к которому он предъявляет свое требование), указав в исковом заявлении наименование этого лица, его место жительства или место нахождения; предмет иска (свое материально-правовое требование к ответчику); основание иска (обстоятельства, на которых он основывает свое требование).

Указание в исковом заявлении на ответчика, предмет и основание иска определяют весь дальнейший ход процесса: подведомственность и подсудность дела; лиц, участвующих в деле; обстоятельства, имеющие значение для дела и подлежащие доказыванию; пределы рассмотрения и разрешения дела.

Принцип диспозитивности определяет содержание норм ГПК, регулирующих состав лиц, участвующих в деле (процессуальное соучастие и замену ненадлежащего ответчика).

Истец может предъявить иск и к ненадлежащему ответчику, т.е. лицу, которое не несет перед ним ответственности. Замена ненадлежащего ответчика надлежащим (это влечет выбытие из дела первого и вступление в него второго) возможна только по ходатайству истца или с его согласия. Если истец не согласен на замену ненадлежащего ответчика (например, когда ходатайство об этом заявлено надлежащим ответчиком), суд не вправе привлечь надлежащего ответчика к участию в деле, как это было возможно ранее, а должен рассмотреть дело по предъявленному иску (ч. 2 ст. 41 ГПК), т.е. вынести решение об отказе в иске.

Характерным проявлением действия принципа диспозитивности является то, что ГПК РФ ограничено возбуждение дела в защиту нарушенных или оспариваемых интересов других лиц. Вследствие этого значительно сократилось число дел, возбуждаемых по инициативе прокурора.

В этой связи И.В.Стасюк правильно пишет, что  «… диспозитивность в первую очередь означает возможность лиц, участвующих в деле, распорядиться предметом спора. Возникновение между судом и лицами, участвующими в деле, процессуального правоотношения (которое носит публичный характер) не измененяет частно-правового характера спорного гражданского правоотношения. Стороны по-прежнему свободны в распоряжении своими материальными правами, например, они могут уступить имеющиеся у них права, прекратить существующее между ними обязательство новацией и т.д. Но поскольку материальное правоотношение уже оказалось предметом рассматриваемого судом спора для достижения надлежащего эффекта  распоряжения материальными правами сторон в процессуальном правоотношении также должны произойти определенные изменения (произведена замена стороны, заключено мировое соглашение). Поэтому нет оснований ограничивать права сторон по распоряжению ими предметом процесса, так как процессуальные распорядительные права находятся в тесной связи с материальным правоотношением, существующим между сторонами»[48].

Без диспозитивности гражданский процесс не может ни начаться, ни продолжиться, ни окончиться. Но не смотря на всю важность указанного принципа, он все еще не нашел своего правового закрепления в законодательстве.  Вместе с тем, принцип диспозитивности нашел достаточное отражение в судебных источниках гражданского процессуального права.

В Постановлении Конституционного Суда РФ от 26 мая 2011 г. N 10-П[49] говорится, что: «В гражданском судопроизводстве диспозитивность означает, что процессуальные отношения возникают, изменяются и прекращаются главным образом по инициативе непосредственных участников спорных материальных правоотношений, которые имеют возможность с помощью суда распоряжаться процессуальными правами и спорным материальным правом. Данное правило распространяется и на процессуальные отношения, возникающие в связи с оспариванием решений третейских судов, поскольку в основе этих процессуальных отношений лежит договор, согласно которому стороны (частные лица) доверяют защиту своих гражданских прав избранному им составу третейского суда и признают его решения».

Постановление Конституционного Суда РФ от 25.01.2001 N 1-П  определяет основные субъективные процессуальные права сторон: «В гражданском судопроизводстве реализация этих принципов имеет свои особенности, связанные прежде всего с присущим данному виду судопроизводства началом диспозитивности: дела возбуждаются, переходят из одной стадии процесса в другую или прекращаются под влиянием, главным образом, инициативы участвующих в деле лиц. Стороны, реализуя свое право на судебную защиту, определяют предмет и основания заявленных требований; истец вправе изменить основания или предмет иска, увеличить или уменьшить размер исковых требований или отказаться от иска, а ответчик - признать иск; стороны могут окончить дело мировым соглашением. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается в обоснование своих требований и возражений»[50]. В приведенном выше постановлении, Суд отметил наиболее важные права, составляющие содержание принципа диспозитивности.

Определение Конституционного Суда РФ от 24.10.2013 N 1626-О  конкретизирует диспозитивное начало: «в силу присущего гражданскому судопроизводству принципа диспозитивности только истец определяет, защищать ему или нет свое нарушенное или оспариваемое право (часть первая статьи 4 ГПК Российской Федерации), к кому предъявлять иск (пункт 3 части второй статьи 131 ГПК Российской Федерации) и в каком объеме требовать от суда защиты (часть третья статьи 196 ГПК Российской Федерации). Соответственно, суд обязан разрешить дело по тому иску, который предъявлен истцом, и только в отношении того ответчика, который указан истцом, за исключением случаев, прямо определенных в законе». Суд, также дал весьма интересную формулировку названного принципа: «в соответствии с которым, в частности, истец, наделенный процессуальными правами, должен принять на себя все последствия совершения или несовершения им процессуальных действий»[51].

Как указано в п. 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 г. № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», согласно принципу диспозитивности стороны вправе уже в стадии подготовки дела к судебному разбирательству окончить дело мировым

соглашением. Если действия сторон не противоречат закону и не нарушают права и охраняемые законом интересы других лиц, цели гражданского судопроизводства достигаются наиболее экономичным способом. С учетом этого задача судьи состоит: в разъяснении сторонам преимуществ окончания дела миром; в разъяснении того, что по своей юридической силе определение об утверждении мирового соглашения не уступает решению суда и в случае необходимости также подлежит принудительному исполнению; в соблюдении

процедуры утверждения мирового соглашения[52].

.



[1] См., например: Цыбулевская О.И. Теория государства и права: Курс лекций / Под ред. Н.И. Матузова и А.В. Малько. М., 1997. С. 149 - 150; Чернобель Г.Т. Законотворчество и юридическая наука // Законотворчество в Российской Федерации: Научно-практ. и учеб. пособие / Под ред. А.С. Пиголкина. М., 2007. С. 60.


[2] Алексеев С.С. Теория государства и права: учебник для вузов. М., 2014. С. 215.


[3] Гражданский процесс : учебник для юрид. вузов / под ред. М. К. Треушникова. М., 2001. С. 17.


[4] Ершов В.В.,Ершова Е.А. Источники и формы арбитражного и гражданского процессуального права  с позиций легизма и интегративного правопонимания // Российское правосудие. 2012. № 6. С. 27.


[5] Шамшурин Л.Л. Принципы гражданского (арбитражного) процессуального права: проблемы понятия, классификации, значение в совершенствовании законодательства и отправлении правосудия // Арбитражный и гражданский процесс. 2010, N 8.


[6] Гражданский процесс: Учебник / отв. ред. В.В. Ярков. – 8-е  изд., пераб. и доп. М., 2012. С. 27.


[7] Грибанов В.П. Принципы осуществления гражданских прав // Осуществление и защита гражданских прав. М., 2000.


[8] Чечина Н.А. Принципы советского гражданского процессуального права и их нормативное закрепление // Известия высших учебных заведений. Правоведение. 1960. N 3. С. 78.


[9] Гурвич М.А. Лекции по советскому гражданскому процессу. Москва, 1950. С.25.


[10] Гражданский процесс: Учебник / Под ред М.К. Треушникова. – 5-е изд., перераб. и доп. М., 2014. С. 61 (автор главы – Молчанов В.В.).


[11] См.: Матузов Н.И., Малько А.В. Теория государства и права. М., 2004 // СПС "Консультант Плюс".


[12] Общая теория государства и права. Под ред. М.Н. Марченко. Т.2. Теория права. Москва, «Зерцало» 1998. С.23.


[13] Федина А.С. Теоретико-методологический анализ системы принципов гражданского процессуального права //Вестник Тверского государственного университета. Серия: Право. 2020. № 1 (61). С. 87-96. С 87.


[14]См.: Томина А.П.  Система принципов гражданского процессуального права: критерии определениям//Труды Оренбургского института (филиала) Московской государственной юридической академии. 2014. № 22. С. 56-64.


[15] См.: Леонова Д.А. Критерии определения системы принципов гражданского процессуального права //  Актуальные проблемы гражданского и административного судопроизводства Материалы межвузовской научно-практической конференции. Под редакцией С.В. Потапенко. 2019. С. 423-428.


[16] См.: Козлова В.Н., Миронова Л.А. Проблемы понятия, классификации и нормативного закрепления конституционных принципов гражданского процессуального права // Арбитражный и гражданский процесс. 2008. N 5. С. 16; Гражданский процесс: Учебник / Под ред. А.А. Демичева. М.:, 2009. С. 27; Демичев А.А., Исаенкова О.В. Принципы и источники гражданского процессуального права Российской Федерации: Учебное пособие. Нижний Новгород, 2005. С. 11 – 13; Салеева О.А. Как классифицировать принципы гражданского процессуального права // Человек и право на рубеже веков: К 10-летию института прокуратуры РФ СГАП. Саратов, 2006. N 1 (7). С. 12; Овсийчук С.А. О месте и значении отраслевых принципов гражданского процессуального права // Вестник Амурского государственного университета. 2003. N 20. С. 32.


[17] См.: Гурвич М.А. Советский гражданский процесс: Учебник. 2-е изд., испр. и доп. / Под ред. М.А. Гурвича. М., 1975. С. 17; Францифоров А.Ю., Францифоров Ю.В. Принципы гражданского процессуального права // Арбитражный и гражданский процесс. 2003. N 4. С. 13;  Абсалямов А.В. Принципы административного судопроизводства // Законодательство. 2008. N 11. С. 83;  Гражданское процессуальное право: Учеб. пособие / Л.В. Туманова, И.А. Владимирова, С.А. Владимирова; под ред. Л.В. Тумановой. М., 2009. С. 19.


[18] См.: Потапенко С.В. О сходстве и различиях принципов гражданского и административного судопроизводства // Очерки новейшей камералистики. 2019. № 1. С. 4.


[19] См.:  Гражданское процессуальное право России: Учебник для студентов, обучающихся по специальности 030501 "Юриспруденция" / Н.Д. Эриашвили и др.; под ред. Л.В. Тумановой, П.В. Алексия, Н.Д. Амаглобели. 3-е изд., перераб. и доп. М., 2009. С. 20 - 26; Али Салех Аль-Куйти. Принципы гражданского процессуального права Народной Демократической Республики Йемен: Дис. ... канд. юрид. наук.: 12.00.03. Киев, 1989. С. 38, 39; Анишина В.И. Основы судебной власти и правосудия в Российской Федерации: Курс лекций. М., 2008. С. 119 – 122;  Ляхова А.И. К вопросу о классификации юридических принципов // Актуальные проблемы теории и истории права и государства на современном этапе: Сб. науч. трудов VII Международной науч.-практ. конф. / Отв. ред. проф. Г.Г. Бриль. Кострома, 2010. С. 49; <18> Каменков В.В. Новое о принципах хозяйственного процессуального права (понятие, значение, состав и система принципов хозяйственного процессуального права, их классификация) // Арбитражный и гражданский процесс. 2007. N 6. С. 43.


[20] Ведомости РФ. 1992. № 30. Ст. 1792.


[21] Ермошин Г.Т. Статус судьи как организационно-правовая форма обеспечения его независимости // Российский судья. 2012. № 6. С.11.


[22] См.: Левченко В.Е.  Принцип независимости судей как конституционная гарантия объективности и справедливости разрешения споров в гражданском процессе // Власть Закона. 2014. № 1 (17). С. 120.


[23] Распоряжение Правительства РФ от 20 сентября 2012 г. N 1735-р «Об утверждении Концепции федеральной целевой программы "Развитие судебной системы России на 2013-2020 годы."


[24] См.: Потапенко С.В. О соответствии открытости и гласности российского гражданского судопроизводства международным стандартам правосудия // Судья. 2017.  № 2(34). С. 32-35.


[25] См.: http://www.unodc.org/russia/ru/news/2006-10-20.html


[26] Официальный сайт Совета судей Российской Федерации: [сайт]. URL: http://www.ssrf.ru/news/lienta-novostiei/35630   


[27] Федеральный закон от 27 декабря 1991 года № 2124-1 «О средствах массовой информации»


[28] Федеральный закон от 08 июля 2006 года № 149-ФЗ «Об информации, информационных технологиях по защите информации»


[29] Федеральный закон от 22 декабря 2008 года № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации»


[30] См.: Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 13.12.2012 N 35 "Об открытости и гласности судопроизводства и о доступе к информации о деятельности судов" // Бюллетень Верховного Суда РФ. 2013.  N 3.


[31] См.: Потапенко С.В. Гласность судебной власти: проблемы и решения // Труды по интеллектуальной собственности. Издательство: Творческий центр "ЮНЕСКО" (Москва).  2009.  Том 9. № 1. С. 169-171.


[32] См.: Горбуз А.К. Доступность судебного решения // Российская юстиция. 2001. N 1. С. 36.


[33] См.: Анишина В.И. Принцип гласности, открытости и транспарентности судебной власти: проблемы теории и практики реализации // Мировой судья. 2006. N 11. С. 21.


[34] См.: Фоменко Е.Г. Принцип публичности гражданского процесса: истоки и современность. Автореф. дис. на соискание уч. ст. канд. юр. наук. – Томск,  2006.


[35] Гуценко К.Ф. Правоохранительные органы: учебник . – 2-е изд., испр. и  перераб. – М.: КНОРУС, 2013. - С. 98.


[36] См.: Малышев К.И. Курс гражданского судопроизводства. Т. 1. 2-е  изд. СПб., 1876 // Хрестоматия по гражданскому процессу / Под ред. М.К. Треушникова. М.: Юридическое бюро «Городец», 1996. С. 258-261.


[37] Подняков М.Л. Практическая реализация принципа открытости правосудия в Российской Федерации.  СПб.: Институт проблем правоприменения при Европейском университете в Санкт-Петербурге, 2013.  С.2.


[38] См.: Аносова Л.С. Конституционный принцип гласности судопроизводства: правовое регулирование и практика реализации.  Автореф. дис. канд. юрид. наук. – М., 2012.


[39] РГ. 2010.  № 132, 211.


[40] Лебедев В. М. Судебная власть в современной России: проблемы становления и развития. СПб., 2001. С. 117.


[41] СЗ РФ. - 2008. -  № 52 (ч. 1). - Ст. 6217; 2010. - № 27. - Ст. 3407.


[42] Российская газета. 2010. № 132.


[43] Потапенко С.В., Даниелян А.С. судебное правотворчество в контексте правовой системы России: вопросы теории и практики. Краснодар, 2018.С. 85.


[44] Собрание законодательства РФ. 2008. № 52 (ч. 1). Ст. 6217; 2010.

№ 27. Ст. 3407.


[45] Плешанов А.Г. Диспозитивное начало в сфере гражданской юрисдикции: проблемы теории и практики. М., 2002. С. 94.


[46]  См.: Потапенко С.В. О соотношении принципов диспозитивности и законности в суде надзорной инстанции по гражданским делам // Российская юстиция.2005. № 4. С. 28-31.


[47] БВС РФ. 2004. № 2.


[48] Стасюк И.В. Процессуальная обязанность в гражданском и арбитражном судопроизводстве. Автореф. дис. канд. юрид. наук. М., 2013. С. 21.


[49] Постановление Конституционного Суда РФ от 26 мая 2011 г. N 10-П «По делу о проверке конституционности положений пункта 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункта 2 статьи 1 Федерального закона «О третейских судах в Российской Федерации», статьи 28 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним», пункта 1 статьи 33 и статьи 51 Федерального закона «Об ипотеке (залоге недвижимости)» в связи с запросом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».


[50] Постановление Конституционного Суда РФ от 25.01.2001 N 1-П «По делу о проверке конституционности положения пункта 2 статьи 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан И.В. Богданова, А.Б. Зернова, С.И. Кальянова и Н.В. Труханова» // СПС «КонсультантПлюс».


[51] Определение Конституционного Суда РФ от 24.10.2013 N 1626-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Грязнова Николая Константиновича на нарушение его конституционных прав частью первой статьи 41 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации» // СПС «КонсультантПлюс».


[52] 25 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 24 июня 2008 г. № 11 (в ред. от 9 февраля 2012 г.) «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству» // URL: http://www.consultant.ru/cons/cgi/online.cgi?req=doc&ts (дата обращения 15 марта 2017 г.)







28587

Оставить комментарий

Календарь событий на


Журнал



О проекте



Юридическая
консультация

Вопрос:

В каких случаях граждане, должностные лица, лица, осуществляющие предпринимательскую деятельность без образования юридического лица, юридические лица подлежат привлечению к административной ответственности по части 1 статьи 20.61 КоАП РФ?

Ответ:

Опрос

Как Вы относитесь к идее возвращения смертной казни за терроризм?
Проголосовать

Сотрудничество

elibrary1
elibrary2
КубГУ
Потапенко и партнеры
РГУП